ЧАСТЬ 1, ЧАСТЬ 2
Кроме того китайский лидер сделал любопытное заявление, будто никакого американского гегемонизма и американской угрозы не существует. При этом глобальная мировая катастрофа неизбежна, и виновен в ней будет Советский Союз, представляющий главную военную угрозу для Европы. Это Дэн Сяопин сообщил в интервью Ориане Фаллачи в 1980 году: "...Не заниматься "умиротворением" Советского Союза", не делать ему "уступки", не демонстрировать "мягкотелость" (...). Иначе говоря - готовиться воевать".
Сумела спровоцировать на неосторожные заявления она и госсекретаря США Генри Киссинджера, назвавшего войну во Вьетнаме бессмысленной, а также заявившего о своём лидерстве в определении внешнеполитического курса США. Последнее вызвало неудовольствие президента Никсона. Ориана написала, что в политике Киссинджер вёл себя, как "гарцующий ковбой". Последний признавался впоследствии, что интервью Фаллачи было «самым катастрофическим опытом общения с прессой» в его жизни.
Голда Меир давала интервью Фаллачи два раза с небольшим интервалом. Дело в том, что записи первого интервью были похищены из гостиничного номера журналистки. Впоследствии она предположила, что это действия ливийской разведки, ибо некоторые нюансы этого интервью стали известны Муамару Каддафи. Премьер Израиля же разговорилась настолько, что в чём-то упрекнула своего мужа, на что Ориана спросила, уверена ли та, что хочет об этом говорить.
Другой израильский премьер Ариэль Шарон, бывший спецназовец, участник всех арабо-израильских войн начал разговор с Фаллачи словами: "Я знаю, вы пришли добавить еще один скальп к вашему ожерелью". В этом интервью Ориана добивалась от него определения терроризма, задав в конечном итоге вопрос, не является ли, исходя из данных определений, террористом сам Шарон. Надо заметить, что, будучи убеждённой и яростной антиисламисткой (наряду с антифашизмом и антикоммунизмом, она проводила параллели между этими течениями), евреев и Израиль она тоже немало троллила.
Разговорила она до откровений и позже свергнутого в результате военного переворота и казнённого президента и премьера Пакистана Зульфикара Али Бхутто. Тот рассказал, что помимо своей воли его, тринадцатилетнего подростка женили на тридцатилетней зрелой женщине. Что делать в первую брачную ночь он не знал, они вместе проплакали. Позже, когда у него появились другие жёны (мусульманин имеет право иметь четырёх), он пытался наладить отношения с первой. Но психологическая травма первой ночи помешала ему в этом. Это пример, до каких подробностей Ориана умела разговорить собеседника. К этим подробностям личной жизни Бхутто Фаллачи отнеслась с пониманием и сочувствием.
Цитаты от Орианы Фаллачи: «Мое интервью- это борьба», "Мое солдатское оружие — это оружие правды", "На все есть три точки зрения — моя, твоя и истина".
Несомненно красивая, пользовавшаяся успехом у мужчин, женщина, тем не менее о мужчинах в её жизни известно мало, за исключением одного, единственной большой любви, мужчины, которого она встретила в возрасте за сорок. О нём чуть ниже. "Жить с мужчиной, даже с самым любимым, с самым лучшим из мужчин — невыносимая пытка для современной женщины" (Ориана Фаллачи). Таким уж она была свободолюбивым человеком.
На уровне слухов назывались разные фамилии, например, третьего человека, ступившего на поверхность Луны (первые двое Нил Армстронг и Эдвин Олдрин)- Чарльза Пита Конрада, командира "Аполлон-12", летавшего к Луне в ноябре 1969 года через четыре месяца после "Аполлон-11". Ориана писала об американской космической программе и раньше, выпустив в 1965 году книгу "Если солнце умрёт".
Никакой достоверной информации об их отношениях нет, кроме того, что они реально были знакомы и перед полётом "Аполлона-12" заключили пари на 500 долларов. Ориана считала, что несколько патетическая фраза Нила Армстронга, когда он сделал свой первый шаг по лунной поверхности: "Это один маленький шаг для человека, но гигантский скачок для всего человечества", была придумана пиарщиками NASA.
Конрад убеждал её, что это не так, и на спор с ней, спрыгнув со ступеньки лунного модуля на поверхность Луны произнёс шутливую фразу, которую они вместе с Орианой сочинили: "Возможно, для Нила он был маленький, но для меня — большой". Тут обыгрывалась разница в росте, Армстронг ростом был 180см, а Конрад 168см. Брать у Фаллачи деньги за выигранное пари после возвращения отказался.
Свою большую любовь Ориана встретила в 1973 году, когда приехала в Грецию брать интервью у только что выпущенного из тюрьмы поэта и политика Александроса Панагулиса, приговоренного к смертной казни, которая под давлением международной общественности была заменена на тюремное заключение.
Осуждён он был за неудавшееся покушение 13 августа 1968 года на лидера правившей в Греции с 1967 по 1974 г.г. военной хунты, известной, как "чёрные полковники", Георгиоса Пападопулоса. Взрыв заложенной под шоссе бомбы запоздал на пару секунд, Пападопулос остался жить, Панагулиса задержали. Последний совершил несколько попыток побега, выпустили его, когда под давлением Мира Добра, Ровных Дорог и Чистых Туалетов началась либерализация режима.
Во время интервью между ними и вспыхнула любовь. Ей было уже сорок четыре, он на десять лет моложе. После освобождения Панагулис жил у Орианы Фаллачи во Флоренции. Когда в Греции началось восстановление демократии, вернулся, в 1974 году был избран депутатом парламента. Неоднократно получал угрозы, погиб в 1976 году в автокатастрофе, которую и Ориана, и многие в Греции считают политическим убийством.
В 1975 году Ориана была беременна от Панагулиса, произошёл выкидыш, после чего написана книгу "Письмо, никогда не рождённому ребёнку", ставшую бестселлером. В письме она рассказывает ребёнку о мире, в который ему предстояло прийти. После гибели друга Фаллачи написала посвящённую ему книгу "Человек".
Негативное отношение к исламу Фаллачи высказывала задолго до 2001 года, во многом из-за положения женщины в мусульманском мире. "В этом мире есть место для всех. В собственных домах, в собственных странах люди пусть делают то, что хотят. Следовательно, если женщины, живущие в исламских странах, глупы настолько, чтобы носить чадру и паранджу, глупы настолько, чтобы соглашаться стоить меньше, чем верблюд, если они настолько безрассудно глупы, чтобы выходить замуж за развратника, желающего иметь четырёх жен, что же, тем хуже для них. Если мужчины глупы настолько, чтобы отказываться от бокала вина или кружки пива, то же самое. Я не стану вмешиваться в выбранные ими решения. Меня воспитывали в уважении к свободе, черт побери, и моя мама обычно говорила: «Мир прекрасен, потому что он разнообразен». Но если они пытаются навязать свою ненормальность мне, моей жизни, моей стране, если они хотят подменить мою культуру своей культурой… Пытаются! "
В 1992 году она переехала из Италии в США, поскольку уже тогда ощущала угрозу от постепенно заполнявших Европу исламистов. Жила в Нью-Йорке и 11 сентября 2001 года стала непосредственной свидетельницей террористической атаки на башни- близнецы. Как она пишет, шесть дней просто плакала, потом села за пишущую машинку и за двенадцать дней почти без еды и сна на кофе и сигаретах написала большую статью для итальянской газеты, предварительно договорившись с редактором о публикации.
Статья послужила основой книги "Ярость и гордость", ставшей бестселлером, переведённым на многие языки, в том числе русский. В 2004 году последовало продолжение под названием "Сила разума". Книги резко антиисламистские, многие сочли их экстремистскими, во Франции, Италии, Швейцарии против Фаллачи были поданы иски о возбуждении уголовных дел за разжигание религиозной и национальной розни. Швейцарский суд требовал её экстрадикции. Помимо того была издана книга "Ислам осуждает Ориану Фаллачи". О, как... Целый ислам одну хрупкую женщину.
Книга "Ярость и гордость" во многом посвящена истории мусульманской агрессии, начиная с захвата в 635 году христианских Сирии и Палестины, затем Египта, всей Северной Африки, вторжения на Иберийский полуостров и территорию современной Франции. Так что, пишет она, начавшиеся в одиннадцатом веке крестовые походы, которые европейские левые называют агрессивными несправедливыми, были лишь "ответкой".
Поскольку Ориана с детства была антифашисткой, сражалась с оружием в руках рядом с итальянскими коммунистами, всё-таки движение Сопротивления идеологически было разношёрстным, её часто причисляли к левым. Осенью 1956 года на будапештских улицах, она не держала в руках оружие, как Эрика Корнелия Селеш, Илона Сабо и другие, но явно не была на стороне советских войск. С отношением к исламизму тоже понятно.
То есть, для Орианы Фаллачи чума на все три этих дома. Их объединяет общий термин тоталитаризм. Для неё это фашизм, независимо от цвета: чёрный, коричневый, красный или зелёный. Приоритет догмы, не важно какой, корпоративистской, превосходства одной нации над другими, безумных идей бородатого фрика из Трира или Корана над свободным выбором личности: "Я всегда смотрела на непослушание угнетателям как на единственный способ использовать чудо рождения", "Идет ли она от деспотического суверена или избранного президента, от кровожадного генерала или любимого лидера, я считаю власть бесчеловечным и ненавистным явлением".
После 2001 года и написанных книг Фаллачи стали причислять к правым. Думаю, это ошибочно. Она с детства была и умерла антитоталитаристкой: "Тогда вам придется потрудиться, чтобы объяснить, что не грех родился в тот день, когда Ева сорвала яблоко, а родилась в тот день великолепная добродетель, называемая непослушанием". Просто тоталитарные режимы очень часто вступают в конфронтацию между собой, как, например, СССР и Германия. Поэтому европейские правые, та же Ле Пен, например, тоже стоят на антиисламистских позициях.
Ориана Фаллачи ещё во время войны Советского Союза в Афганистане не одобряла помощь США воевавшим против СССР исламистам, тому же Бен Ладену. В той ситуации Советский Союз был для неё меньшим злом. Она никогда не давала интервью сама, не участвовала в телевизионных ток-шоу, но накануне начала военной операции в Ираке 2003 года публично высказалась в поддержку оной.
"Европа больше не Европа, это Еврабия, колония ислама, где исламское вторжение происходит не только в физическом смысле, но и в ментальном и культурном"
«Хватит глупостей, господа. Коперник, Галилей, Ньютон, Дарвин, Пастер, Эйнштейн не были последователями Пророка. Согласны? Мотор, телеграф, электролампочка, то есть электричество, фотография, телефон, радио, телевидение не были изобретены какими-то там муллами или аятоллами. Не так ли? Поезд, автомобиль, самолет, вертолет (который придумал и спроектировал Леонардо), космические корабли, на которых мы полетели на Луну и на Марс и скоро полетим бог знает куда. Согласны?» (Ориана Фаллачи)
Как бывший конструктор замечу, что Леонардо разработал идею вертолёта на уровне, который языком конструкторских документов называется техническое предложение. Это ещё не проект, последний требует более детальной проработки. Но с Орианой они земляки, великий художник и полимат родился близ Флоренции.
Где-то с конца девяностых Ориана Фаллачи боролась с онкологическим заболеванием. Чуть больше года до смерти она удостоилась приватной аудиенции недавно избранного папой римским Бенедикта XVI, после чего высказалась: "Я атеист, и если атеист и папа думают об одном и том же, должно быть что-то истинное. Это так просто!"
Предыдущего папу Иоанна Павла II она позволяла себе критиковать за непротиводействие исламу, хотя писала про него: "Войтыла был воином, который сделал для уничтожения Советского Союза больше, чем даже Америка".
Не буду утверждать абсолютно достоверно, но первый раз в кинематографе образ Орианы Фаллачи появился в фильме Анджея Вайды "Валенса. Человек из надежды" в 2013 году. Роль исполнила итальянская актриса Мария Розарио Омаджио. Говорят, первоначально планировалась Моника Белуччи, но не срослось. Разумеется, журналистка берёт интервью у тогда ещё председателя независимого профсоюза, будущего президента Польши.
Посмотрел небольшой трейлер. В нём есть сцены во вьетнамских джунглях, мексиканском морге, испытания в невесомости вместе с американскими астронавтами, сцена срывания хиджаба во время интервью с Хомейни, с Панагулисом...
Книги Орианы Фаллачи переведены на русский язык, найти их можно и в Интернете. Вот ещё пара цитат: "Самое унизительное, чем может быть женщина, — это кокетка", "Обнажить душу совсем не то, что снять лифчик на переполненном пляже!".
А вот посмертный текст (с сокращениями), написанный одним из её друзей в США, Майклом Ледином, научным сотрудником Американского института предпринимательства, пишущим редактором National Review. Он был знаком уже с немолодой Орианой:
Она была борцом за свободу до мозга костей, происходившей из гордого рода таких людей... ...Я не сомневаюсь, что всю свою взрослую жизнь она провела, выполняя очень четко определенную миссию, чтобы доказать, что достойна своего имени. Она, безусловно, удалась. Она была одним из величайших нонконформистов всех времен, она боролась с тиранией везде, где ее видела, и бросала вызов злу, особенно в руках лицемеров, как только ощущала его гнилой запах. В ней была редкая смесь того удивительного женского шестого чувства для лжецов и беспощадной объективности, которая заставляла ее признавать положительные качества даже в самых злых людях,
Те, кто знает Италию, узнают Ориану как квинтэссенцию Тосканы прямо из текстов: жесткую, интеллектуально брутальную, блестяще и красноречиво пренебрежительную ко всем, кто не соответствует невероятно высоким стандартам, беззаветно преданную «делу»... ...К счастью для нас, делом Орианы было стремление к правде, какими бы ни были политические и социальные последствия. Когда-то считавшаяся модной левой, она положительно упивалась остракизмом в последующие годы со стороны своих старых поклонников. Она погрузилась в слова своих критиков гораздо больше, чем в слова своих союзников, потому что хотела иметь возможность разрушить критику".
Умирать Ориана вернулась в свою родную Флоренцию, ушла из жизни 15 сентября 2006 года. Похоронена на кладбище Аллори во Флоренции. В некоторых городах Италии её именем названы улицы и скверы. Например, парк Giardino Oriana Fallaci в центре Милана.
