Начну с постоянно повторяемой мантры, что сегодня я, 72-летний пенс с суммой зарплаты и пенсии в 1,6- 1,7 раза ниже средней зарплаты, живу в материальном плане намного лучше, чем в совке, где работал конструктором ядерных реакторов с зарплатой в 2-2,5 раза выше средней. Благодаря реформам девяностых, чему и посвящу данную статью. Прав человека, свободы слова, прочих тем не касаюсь. «Низзя-я-я-я» (С).
Напомню, что цены на нефть в пересчитанных с учётом инфляции долларах в 1980- 81 г.г. при Брежневе были такими же, как летом 2008 года (144 доллара). Только в ноль восьмом мы ездили на фордах и ниссанах, грели пузо в антальях и шарм-эль-шейхах, где на ужин шведский стол с десятками мясных блюд, включая верблюжатину и крокодилятину. А при Брежневе испытывали дефицит еды, туалетной бумаги, гондонов и прочего.
«Счастливое» брежневское время. И нефть пока дорогая. Никто ещё не «разрушил» гайдаро-чубайсовскими реформами «великую» советскую промышленность. А жрать нечего и нечем жопу подтереть. Не говоря о тойотах и коста бравах. В чём причина, если цена нефти такая же?
Причина в разных экономических системах. Одна плановая и административно-командная, другая рыночная. В первой все стремятся выполнить план (в том числе путём приписок и подтасовок, сам этим занимался). Важно ведь не выполнить, а отчитаться о выполнении. Во второй стремятся к прибыли. Прибыль- источник инвестиций, то есть, прогресса, а также (через налоги) социальных расходов, повышающих качество жизни населения.
Плановая экономика- сизифова экономика, производящая условных петухов из говна или, выражаясь терминами марксистской полиэкономии, товар с высокой трудовой, но низкой или нулевой меновой стоимостью. Субъект плановой экономики- Госплан, за которым надзирает Политбюро ЦК КПСС. Даже если дать Госплану супермощный компьютер, он всё равно не запланирует выпуск микроволновок или гигиенических тампонов, если на данный момент времени их никто не придумал и не начал выпускать.
Госплан может запланировать выпуск бомб, ракет, подводных лодок, токарных станков..., построить ГЭС, АЭС... Всё, что способствует мировой революции или не очень вразумительному понятию суверенитет. Выделив на это а@уллиарды денег. Интересно, а у Швейцарии или Княжества Монако есть суверенитет? У последнего армия 80 человек, зато 900 автомобилей на 1000 жителей и продолжительность жизни 87 лет. Е@ёт монегасков наличие или отсутствие этого суверенитета?
Тампоны и микроволновки же никак не влияют на мировую революцию и суверенитет, поэтому, покуда в странах с рыночной экономикой эти девайсы не станут массовым явлением, госплановский суперкомпьютер не почешется их запланировать. Причём, необязательно и в этом случае. Тампоны в России появились только при Гайдаре (благодаря частному бизнесу), в то время как компания Tampax выпускает их с 1933 года.
Полезные инновации в сфере удовлетворения человеческих потребностей могут появиться только в странах с рыночной экономикой, согласно нобелевскому лауреату Хайеку, в стремлении умных, энергичных, предприимчивых людей к личному обогащению. Исключений крайне мало. Так, консервы были придуманы и сделаны по заданию Наполеона.
А откуда в России взялась рыночная экономика, если долгое время не было? На эту тему писал не раз. «Почему на Руси жить хорошо», «Экономика и переходные процессы», «Почему в нулевые стало лучше»...
Как раз и появилась она в результате реформ девяностых. Хотя, конечно, первые небольшие шажочки в сторону рынка были сделаны при Горбачёве принятием законов об индивидуальной трудовой деятельности и кооперации. Благодаря им, к девяностым появился малый бизнес и первые ростки большого. Притом, напомню, будущие «олигархи» начинали с торговли реэкспортными ладами, квартирных ремонтов, изготовления гаражей-ракушек, резиновых игрушек, варки джинсов, торговли наборами в дорогу...
Д.Я. Травин считает, что начатые, но незавершённые реформы Косыгина, направленные на расширение самостоятельности предприятий (придания им хоть малой субъектности), не имели отношения к рыночной экономике. Но могли продлить жизнь совка. В Китае Дэн Сяопин пошёл намного дальше, построив рыночную экономику.
Наряду с появлением в конце восьмидесятых относительно богатых людей, воодушевились и те, кто «кое-где у нас порой честно жить не хочет» (С). 18 декабря 1988 года у станции метро «Девяткино» в ещё Ленинграде на стихийном рынке (станция тогда стояла в чистом поле, на нём рынок и возник) случилось столкновение двух группировок общей численностью около 200 человек с применением огнестрельного оружия. Профессор Лебединский «Там вдали у метро».
Но доля частного бизнеса к девяностым была ещё очень невелика, все средства производства принадлежали государству. Экономику с 1987 года накачивали деньгами с целью «ускорения научно-технического прогресса» и опережающего развития столь любезного премьеру Рыжкову (экс-директору Уралмаша) машиностроительного комплекса. В итоге денег стало до@уя, колбасы же не прибавилось.
С учётом этого «ускорения», падения в 1985 цен на нефть и пропажи водочных денег вследствие антиалкогольного указа, к осени 1991 года еда и прочие товары для населения исчезли из продажи почти полностью.
«По данным Всероссийского научно-исследовательского института комплексных топливно-энергетических проблем (ВНИИКТЭП) при Госплане СССР, доля выручки от продажи топливно-энергетических ресурсов (ТЭР) в валютных поступлениях достигла самого высокого уровня (55 %) в 1984 году; доля нефти составила в 1985-м 38,8 %, в 1987-м – 33,5 %...
...в 1987-м на совещании экономистов один из работников Госплана СССР заметил: «Не будь нефти Самотлора, жизнь заставила бы начать перестройку экономики еще лет 10–15 назад». Пруф.
Замечу, снижение доли нефти как раз и произошло вследствие снижения её цены.
Несомненно, одной из главных причин случившегося 3,14@@еца явилась нерешительность Горбачёва, его лавирование между сторонниками реформ и консерваторами. Начнись гайдаро-чубайсовские реформы в 1986, всё прошло бы намного мягче. Какие-то запасы ещё были. В 1991 уже не было ни@уя.
«Перед страной стояла неимоверной трудности задача — перейти от плановой экономики, которая пришла в состояние негодности, продемонстрировав несостоятельность коммунистического эксперимента, к рыночной» (Е.Г. Ясин, д.э.н., профессор, министр РФ 1994- 1998 г.г., один из соавторов программы «500 дней»)
Реформы были запоздалыми, но неизбежными, без них 3,14@@ец был бы куда круче 3,14@@еца конца 1991 года, когда золотовалютный резерв страны составлял трансфертную цену футболиста европейского клуба, а еды в мегаполисах не было вообще. У сельхозпроизводителей немножко было, но они её за «деревянные» не продавали.
2 января 1992 года состоялась либерализация (освобождение по-русски) цен. Продавай по любой цене, которую покупатель может заплатить. Тут же «колхозники» повезли еду в город.
Чтобы вырвать часть народа из лап сизифовой экономики (бессмысленного производства гор оружия и прочих петухов из говна) 29 января 1992 года ввели указ «О свободе торговли», отменявший все прежние совковые ограничения предпринимательства. Продавай где хош и што хош. Позже, конечно, гаечки на указе прикрутили, но поначалу торговали всем и повсюду, где шли людские потоки.
Благодаря указу и вопреки бандитам, миллионы людей устремились в бизнес, стали строить рыночную экономику, по коей причине мы сегодня ездим на тойотах и отдыхаем в антальях. В девяностые молодёжь стремилась «мутить бизнесы», а не идти на госслужбу или в силовики.
Как оно всё проходило, в статье «Экономика из жопы и обратно». К середине девяностых, по крайней мере, в мегаполисах половина населения была обвидеомагнитофонена, повсеместно расцветали бизнесы по продаже и прокату видеокассет ещё формата VHS. К концу десятилетия их стали менять на DVD.
Советские телевизоры и холодильники менялись на более качественные импортные. Старые отвозили на дачу или вовсе выбрасывали. В квартирах появлялись автоматические стиральные машины, посудомойки, кухонные комбайны, микроволновки, тостеры... Я купил себе для работы 486 компьютер в 1994 году (с монитором и принтером 1200 долларов), им, естественно, пользовалась вся семья. Уже к началу нулевых, окончанию дочерью школы, компьютеры были у большинства её одноклассников.
Энергичные и предприимчивые люди, начинавшие с челночества, ларьков, небольших магазинчиков, накапливали финансовый жирок и расширяли свои бизнесы. Тому способствовали появившиеся ещё в конце восьмидесятых банки, где можно было получить кредит. «Простым людям» часто недоступно назначение кредита. Берёшь в банке миллион, едешь в Стамбул, покупаешь кожаные куртки, дома продаёшь за два миллиона, отдаёшь банку процент, снова едешь в Стамбул... Довольны все. Покупатели кожаных курток, вы, банк. Игра с положительной суммой.
Основатели компании, впоследствии названной X5, открыли первый магазин «Перекрёсток» в Подмосковье в 1995 году. В 1999 в Санкт-Петербурге появилась первая «Пятёрочка». Сегодня в России 23 тысячи магазинов «Пятёрочка».
Фирма «Тандер», создавшая сеть «Магнит», основана С.Н. Галицким в Краснодаре в 1994 году. Сперва торговали оптом парфюмерией, первый супермаркет «Магнит» появился в 1998 году. Сейчас у компании более 30 тысяч торговых точек. В 2018 году Сергей Николаевич, к которому отношусь с огромным уважением, сеть продал. Сколь добровольно, не знаю. Живя восьмой десяток лет в Ленинграде- Санкт-Петербурге, болею за принадлежащий ему футбольный клуб «Краснодар». За питерский «Зенит» болел с 1963 по 2007 г.г. За газпромовский не болею.
Компания «Лента» появилась в Санкт-Петербурге в 1993 году, тогда же первый магазин Cash & Carry. Чуть позже ещё два. В 1999 открылся первый гипермаркет. Помню, кстати, как его строили, тогда часто доводилось бывать на проспекте Энергетиков. Потом за семь лет ещё восемь гипермаркетов в Питере, далее и в других городах. Сейчас не только «Лент», но и прочих, принадлежащих компании магазинов («Улыбка радуги», например), в России более пяти тысяч.
Иноагент Олег Тиньков начинал в конце восьмидесятых со спекуляций разнообразными товарами, челночного бизнеса. Кстати, занимался этим с будущими основателями «Ленты» и «Пятёрочки». Поучился полгода маркетингу в США, в 1993 году занялся оптовой торговлей электроникой из Сингапура, в 1994 открыл магазин «Sony» в Санкт-Петербурге, в 1995 сеть «Техношок», в 1997 «Эльдорадо» по торговле бытовой техникой. Всё, что продавалось, разумеется, покупалось. Продавец торгует там и тогда, где есть покупатель.
Продав магазины бытовой техники, в 1998 году организовал предприятие по выпуску пельменей- мясоперерабатывающий комбинат «Дарья». Дочку так у него зовут. В 2001 году продал комбинат структурам АбрамОвича, занялся варкой пива. Сперва открывал пивные рестораны, варившие пиво на месте. Потом в пригороде Санкт-Петербурга Пушкине построил пивной завод.
Подделав страницу из словаря Брокгауза и Ефрона, назвал проезд около завода Тиньковым переулком, в честь якобы жившего до революции в Питере предпринимателя Порфирия Тинькова. («Его прапрадед дед Порфирий ещё при Грозном службу нёс. И, поднимая @@ем гири, порой смешил царя до слёз»(С)). В 2005 году продал пивзавод бельгийской компании Sun Interbrew, основал банк Тинькофф...
Иноагент Евгений Чичваркин, учась в вузе, одновременно торговал на рынке в Лужниках. В 1997 году с другом основал фирму «Евросеть», позже ставшую крупнейшей розничной сетью сотовой связи. В 2008 фирму отжали, Чичваркин уехал за границу.
Раз уж коснулся пельменей, вспомню одного из пионеров этого рынка- Колпинский пищевой комбинат. Колпино- пригород Санкт-Петербурга, где живу с 1960 года, до того шесть лет на Фонтанке. Начал работу он где-то в середине девяностых. Прославился рекламным слоганом: «Если будешь есть пельмени, будешь вечно жить. Как Ленин», который как-то Задорнов упоминал. Запомнился товарным знаком со слонёнком.
Основателями была группа молодых людей. В начале нулевых вокруг комбината пошли разборки, освещавшиеся местной прессой, в частности, газетой «Деловой Петербург». Что-то можно найти и сейчас в Интернете. Помнится, одного убили, другой ушёл в монастырь, третий уехал за границу, но без денег. Вывезти не дали. Это не девяностые, нулевые. В связи с этими событиями пресса упоминала некоего полковника спецслужбы. Смотрите фильм Павла Лунгина 2002 года «Олигарх». Стандарты эпохи.
Я, уволившись в 1990 году с должности начальника сектора КБ по ядерным реакторам (созрело понимание, что занимаюсь никому не нужной @ернёй), сменил за первую половину девяностых, множество мест работы, прибился в итоге к рекламному бизнесу, коим в ранге то ПБОЮЛа, то фрилансера, то сотрудника ряда фирм, прозанимался до выхода на пенсию.
За двадцать лет работы в рекламе моими клиентами были, наверно, сотни фирм Северо-Запада. Многие начинали в первой половине девяностых в комнатушках, где сидели двое-трое «отцов основателей», хотя случались и матери. Некоторые впоследствии раскрутились до собственных заводов и складских комплексов. То есть, долларовых миллионеров среди моих прежних клиентов со временем стало достаточно много. Есть и мультимиллионеры. Вот будущих миллиардеров лично знать не довелось.
Могу вспомнить двоих докторов наук примерно моего возраста или самую малость постарше. В начале девяностых на основе своих исследований и разработок они создали фирму по выпуску генераторов кислорода и азота. То есть, устройств, разделяющих воздух на две составляющие. Кому-то нужен чистый кислород, кому-то чистый азот. Так учёные стали капиталистами. Около десяти лет с конца девяностых я занимался продвижением их продукции на рынок.
Информация с их сайта: «Более 50 лет научных исследований и разработок. Более 35 лет производственного опыта. Более 2350 реализованных проектов. Более 10000 кв.м производственных площадей».
Незадолго до пенсии я устроился и десять лет отработал в крупном полиграфическом холдинге, располагающемся в производственных корпусах бывшего военного завода размером в пару-тройку футбольных полей. Это питерская площадка, есть и в других городах. Основана фирма в 1995 году и поначалу занималась чем-то типа нанесения рисунков на футболки.
Сейчас, в свои 72, работаю зав.складом в небольшой производственно-коммерческой фирме, основанной в 1992 году.
В девяностые в Россию стал приходить иностранный бизнес. Завод «Кока Кола» в Санкт-Петербурге был построен и начал выпускать продукцию в 1995 году. В 1997 году было принято решение о строительстве завода «Форд» во Всеволожске под Питером, в 2002 начался выпуск продукции.
В девяностые исландские предприниматели Тор Бьорголфссон и Магнус Торстейнссон (вроде это отец и сын) основали в Санкт-Петербурге компанию «Браво Премиум» по выпуску слабоалкогольных напитков. Мне запомнился джин-тоник, который нередко употреблял. Они же во второй половине девяностых в корпусах бывшего деревообрабатывающего завода...
Замечу, завод обанкротился по причине возникновения тогда же большого числа небольших частных, намного более мобильных деревообрабатывающих производств. Неповоротливые бывшие советские предприятия с ними конкурировать не могли.
Исландские предприниматели в корпусах бывшего деревообрабатывающего завода на Дальневосточном проспекте Санкт-Петербурга построили пивоваренный завод, первым брендом которого стало пиво «Бочкарёв». Для тех, кто помнит. Потом завод за 400 миллионов долларов продали «Хейнекену», который купил в Питере ещё и завод «Степан Разин». В нулевые продали бизнес напитков российской компании и стали первыми исландскими долларовыми миллиардерами.
Контрольный пакет созданного ещё в 1990 году пивоваренного завода «Балтика» по итогам приватизации получил скандинавский концерн BBH, в котором в девяностые главным был шведский «Pripps», в нулевые стал датский «Carlsberg». К началу нулевых предприятие полностью обновило оборудование, заменив чешское германским. До прихода в Санкт-Петербург нефтяных компаний (середина нулевых) компания «Балтика» с численностью работающих не более 2000 человек (завод+офис) была крупнейшим налогоплательщиком пятимиллионного мегаполиса.
В нулевые иностранный бизнес, благодаря созданной реформами благоприятной среде (инклюзивным институтам), продолжил идти в Россию. В Питере и рядом, помимо перечисленных выше, появились заводы: Жилетт, Филип Морис, RJR, Тойота, Ниссан, Хёндай, Дженерал моторс, Катерпилар, Электролюкс, Термекс, Хьюлетт Паккард, Тошиба, Бош, Сименс, Хенкель... И так по всей стране. В Калуге стали выпускать фольксвагены, в Калининграде БМВ... Эти заводы давали работу аборигенам, платили налоги в местные бюджеты. Изделия продавались на российском рынке.
Перечислил отдельные эпизоды в обоснование тезиса, что всё ценное, что есть в сегодняшней жизни, пришло к нам из девяностых.
Единственным недостатком девяностых считаю низкие цены на нефть. Среднегодовые значения десятилетия не превышали 20 долларов, упав из-за кризиса в Юго-Восточной Азии к концу 1998 года до 9 долларов.
Слабость Левиафана в девяностые, по моему скромному имхо, отнюдь не недостаток. Оная слабость как раз способствовала созданию инклюзивных институтов и росту многочисленных бизнесов, несмотря на отсутствие в стране денег. Не чморили бизнес в девяностые, как выразился позже (когда началось возрождение экстрактивных институтов) третий президент. Молодёжь постепенно перестала стремиться в бизнес. В чиновниках и силовиках комфортнее.
Давно приводил медицинскую аналогию реформам. Недостатком плановой экономики было отсутствие многочисленных субъектов бизнеса, которые можно уподобить капиллярным сосудам, доносящим кровь до органов. Однако, в силу низких цен на нефть в девяностые, несмотря на созданную сеть капилляров, не хватало крови (денег). Как в 1999 году начался рост цен на нефть, кровь (деньги) потекла по капиллярам, и всё заколосилось. Мы поехали по шарм-эль-шейхам купаться в тёплом море и жрать на ужин мясо верблюдов с крокодилами.
Случившийся в 1998 году, в силу упомянутого кризиса в Юго-Восточной Азии, дефолт благотворно сказался на российской экономике, ибо привёл к девальвации рубля. Массово хлынувший в начале девяностых в Россию импорт убил многие предприятия, которые не могли предложить рынку товары мало-мальски сопоставимого качества. (Да, это мы сами предпочли импорт совку). А вот кто выжил или основал бизнес в девяностые...
Д.Я. Травин, например, пишет: «Автор этих строк хорошо помнит, как до девальвации 1998 г. он кормил свою семью практически только эстонскими молочными и мясными продуктами, поскольку на прилавках петербургских магазинов они лежали в изобилии. Цены были вполне приемлемыми, а качество – великолепным. Порой моей семьей приобретались также финские и латвийские товары, благо транспортные издержки при завозе их в Петербург оказывались не слишком высокими. После девальвации все импортно-молочное как корова языком слизала»
Эстонское припомнить не могу, финскую молочку от фирмы «Valio» помню прекрасно. В первую очередь известный ещё в СССР плавленый сыр «Viola». Только тогда он был дефицитом, а в девяностые продавался свободно. Йогурты этой фирмы помню. Популярен в девяностые был спред (вид маргарина) Voimix. Тогда его выпускала финская фирма Raisio, сейчас производится в России. Помню датский сервелат, французские мясные паштеты... Всё это продавалось, всё это в девяностые мы ели.
А после дефолта рубль подешевел, перечисленные товары оказались для нас дорогими. Но годы реформ не прошли даром для местных. Да, кто-то обанкротился, умер. А выжившие и созданные с нуля в девяностые научились работать по западным стандартам (в том числе копируя технологии). И как только мы перестали из-за отсутствия денег покупать импорт, они тут же предложили нам свои товары уже далеко не совкового качества.
Это случилось не только на потребительском рынке, но и на рынке товаров производственно-технического назначения. Занимаясь рекламой, столкнулся с появлением в самом начале нулевых машиностроительных фирм, занявшихся производством оборудования для пищевой, химической промышленности.
Многое передирали с западников, но были и свои разработки. Создавали эти фирмы молодые люди только-только закончившие технический вуз. Тогда они ещё не стремились в чиновники и силовики. Я занимался продвижением их продуктов на рынок. Даже если по качеству они и уступали Западу, благодаря девальвации рубля, изделия оказывались конкурентоспособны.
Касаемо же приватизации советских предприятий, то, даже в том, не самом удачном варианте, который случился в сильном противостоянии с Верховным Советом и Думой, положительный эффект оказался значительным. Убыточные предприятия стали прибыльными, начали платить налоги. А что ещё требуется от бизнеса?
Изначально Гайдар и Чубайс были сторонниками продажи всего за деньги, но эти варианты блокировались законодателями. А так, процентов семьдесят производств петухов из говна не удалось бы продать вообще никому. Ибонах. Инвестору проще построить в чистом поле завод по производству конфеток, нежели перестроить петухоговённый завод на производство оных.
Оставшиеся процентов тридцать (нефтянка, химия, металлургия, транспорт, часть пищёвки) купили бы транснациональные корпорации. У местных в девяностые достаточных для таких приобретений сумм ещё не было. Сингапур же построил свою экономику на транснациональных корпорациях. ВВП на душу в 6 раз выше, чем в России, продолжительность жизни на 11 лет больше.
Это всё к тому, что, несмотря на насаждение с середины нулевых экстрактивных институтов, живы ещё пятёрочки, ленты, магниты и прочие родом из девяностых. Потому у нас покуда есть, что съесть, что выпить, что надеть, на чём ездить... Долго ли продлится, загадывать не буду, но оптимизма не испытываю. Хотелось бы не дожить.
