Взявшись за проведение реформ, Гайдар проводил их в реальных условиях сильнейшего политического сопротивления. Шаги делались те же, что были в программе Явлинского (об этом в 1993 году заявил один из соавторов 500 дней Е.Г. Ясин), пусть в иной последовательности. Но если запланированный шаг встречал противодействие, предпринимались какие-то меры его преодолеть, обойти, а возможно на время и отложить. Потому что «if- go to».
Компромиссом, который Гайдар назвал своей ошибкой, было согласие назначить на пост главы ЦБ В.В. Геращенко. Пост Председателя ЦБ был креатурой Верховного Совета, правительство лишь согласовывало это назначение. А мог Гайдар не согласовать? Не могло ли случиться, что в данном случае сместили бы самого Гайдара?
Именно Геращенко летом 1992 года включил печатный станок, что привело к двухтысячепроцентной инфляции. Первые полгода при Гайдаре цены даже несколько снижались, прекрасно это помню, весной я стал продавать ранее купленную валюту, переводить сбережения в рубли. Осенью снова начал покупать валюту.
Так к каким последствиям привело бы «Объявление о предстоящей отмене субсидий и дотаций предприятиям...», записанное в Программе Явлинского? Гайдар это пункт, как и прочие, мнение Е.Г. Ясина ниже, выполнил. У правительства просто денег не было на пособия и дотации, в ноябре 1991 года золотовалютный резерв был меньше суммы, за которую в 2008 Аршавина в «Арсенал» продали. Но выполнил в жесточайшей борьбе, действуя не по пунктам программы, а по обстоятельствам. Согласно Наполеону, ввязавшись в бой, а там как получится. А иначе можно было в условиях сильнейшего противодействия?
* * *
Вернёмся в девяностый, когда угрозы голода (о ней ниже) вроде ещё не было. К 1 сентября программа и двадцать законопроектов к ней были написаны. Их утвердил Верховный Совет РСФСР, с которым позже у Ельцина возникнет срач, закончившийся октябрём девяносто третьего.
Однако... «Предстоящая отмена субсидий и дотаций...», кои, как написано выше, получало подавляющее большинство предприятий СССР кроме нефтегазовых и водочных, получателей оных пугала. Особенно ВПК, у него был значительный удельный вес в экономике и ВВП, огромное число людей в нём работало, получая вполне приличные по советским меркам зарплаты за выпуск нах никому не нужного говна.
То есть. Если вы отменяете субсидии и дотации, не освобождая цены, не давая возможности продать товар по цене баланса спроса и предложения, то... две трети, больше- меньше, у меня нет данных, предприятий СССР- банкроты. Они вынуждены отдавать товар покупателю по установленной государством цене, которая ниже себестоимости.
Давили на Горбачёва, на Рыжкова не требовалось, он сам с Уралмаша, вместе с Абалкиным подготовил свою программу «О концепции перехода к регулируемой рыночной экономике в СССР», предусматривавшую постепенный переход к рынку в течение пяти- семи лет. Напомню, жопа, благодаря действиям Абалкина и Рыжкова в 1990 году была уже глубочайшей, а через год и еда пропала вместе с иными товарами.
Я не дискутирую с мудаками- конспирологами с их версиями, что Горбачёв с Ельциным- агенты Запада. Горбачёву в вину можно поставить крайнюю нерешительность и недостаточную экономическую компетентность, засранность мозгов кафедрой марксизма- ленинизма и Зденеком Млынаржем с его «крокодилом социализмом с человеческим лицом». Горбачёв предложил объединить две программы в одну, что принципиально было невозможно. Программе 500 дней, которая теоретически и могла сработать, если бы учитывала «if- go to», наступил 3,14@@ец.
Один из авторов программы М.М. Задорнов, позже поработавший министром финансов в правительствах Черномырдина, Кириенко, Примакова, писал: «Я думаю, что Советский Союз был реформируем, если бы эти реформы начались году в 1986-м. Соответственно, когда экономическая реформа по-настоящему начинается уже в 1990–1991 году — и то не начинается, а фактически происходит энтропия. Происходит просто развал экономики на фоне политической борьбы. Тогда уже объективно реформировать было поздно».
Так кто бы сомневался...
* * *
А вот теперь давайте вообразим гипотетическую фантастическую ситуацию, будто Горбачёву приснился Карл Маркс и сказал что-то типа, мол, @ерня Миша, что я написал, читай лучше Адама Смита и прочих. И тот вдруг решил принять Программу 500 дней и сумел даже продавить её через Верховный Совет СССР. Предложил бы Явлинскому пост премьера вместо Рыжкова, и «фсё заверте...» (С)
Оставим в стороне денежную приватизацию мелочи, она проходила при Гайдаре, только позже. Полагаю, принципиальных отличий бы не было. Лакомые куски типа престижных ресторанов и помещений, где можно организовать что-то типа казино, также ушли бы к «цеховикам», бандитам и чиновникам. Не очень выгодные магазинчики, парикмахерские и прочее к их директорам.
Речь о «предстоящей отмене субсидий и дотаций...». Их ведь, выходит, надо отменять почти всем. Кроме, как я назвал, нефтяных и водочных компаний, может ещё ВАЗ с АЗЛК, продукция которых в отсутствие импорта была весьма востребована, и прибыль на этих предприятиях, то есть, превышение доходов над расходами, наверно, была.
А остальное надо прекращать субсидировать, с чем я абсолютно согласен. Вот просто взять и перестать давать деньги (пишу названия предприятий и старые, и новые, как они назывались раньше не всегда помню, а гуглить лень) Уралмашу, Вагонзаборзаводу Уралвагонзаводу, Омсктрансмашу, Курганмашзаводу, ЗИЛу, НПО «Энергия», Горьковскому телевизионному заводу и заводу им. Козицкого в Ленинграде, которые в качестве ширпотреба выпускали телевизоры, но это не было их основной продукцией... и многим- многим другим.
Думаю, более половины советских предприятий надо было прекращать субсидировать, ибо ничего ценного они не производили. Я сам до октября 1990 год работал на Ижо@ском заводе, выпускавшем оборудование для АЭС. После Чернобыля атомную программу притормозили, фактически с 1989 года энергомашиностроительное производство завода почти ничего не выпускало. Но зарплату все исправно получали. Потому и уволился, думал, рано или поздно получение денег за ни@уянеделанье закончится. Чуть ранее, в июле, вышел из КПСС.
А теперь представьте политические последствия этой «отмены субсидий и дотаций». Прекращение субсидирования ВПК и около него (напомню, из-за резкого падения цен на нефть и потери водочного бюджета и субсидировать-то было нечем) привели бы к фактической остановке промышленности. Ничего плохого в том нет, зачем тратить деньги на ненужное говно, делать до@уя пушек, когда масла нет.
Только на этих предприятиях работают десятки миллионов граждан, причём профессионалов своего дела. Не их вина, что им планируют выпуск невостребованной продукции. И за выпуск упомянутого говна они получают фантики с портретами вождя мирового пролетариата, в обмен которые, если повезёт, можно получить еду, одежду и прочее.
К гадалке не ходи, при «отмене субсидий и дотаций» начались бы массовые митинги с лозунгами «Банду Горбачёва под суд» вместо Ельцина. Явлинского, а вовсе не Гайдара с командой назвали бы «мальчиками в розовых штанишках» и правительством завлабов. Как бы к этому отнёсся Григорий Алексеевич? А скорее всего обиделся и ушёл в отставку. Я отнюдь не психолог, но это его модель поведения. Он полагал, всё будет тихо и мирно, а быть так никак не могло.
В отличие от Гайдара, который, вступив в должность при размере золотовалютного резерва страны меньше стоимости футболиста европейского уровня, сразу назвал свою команду «правительством камикадзе». Просто вот иначе было никак. Никак, блеать, иначе! За тридцать с лишним лет не прочитал ничего разумного, как можно было по-другому. В девяностом ещё можно было поставить малую приватизацию перед либерализацией цен, в конце девяносто первого 3,14@@ец был таков, что «промедление смерти подобно» (С).
«Это в 1989 году было два варианта: делать реформу медленно, контролируя ситуацию; и делать быстро. Я был уже человек пожилой и всегда был умеренным. Но в декабре 1991 года я понял, что время для медленной реформы упущено. Плановая система, на которой держалась вся организация экономики при советской власти, рухнула. Держаться за какие-то ошметки не было смысла. И тогда я решил принять предложение Гайдара. Я не рассчитывал ни на какие там официальные должности. Это была работа на общественных началах. Я хотел внести свой посильный вклад и считал, что смогу быть полезным» (Е.Г. Ясин, научный руководитель НИИ ВШЭ, министр в правительстве В.С. Черномырдина, один из соавторов Программы 500 дней)
* * *
So... Таким образом никаких значимых реформ в экономике, кроме того что уже сделано было Рыжковым- Абалкиным в 1987- 1989 г.г., до Гайдара не случилось. 14 января 1991 года на посту премьера Рыжкова сменил В.С. Павлов, тут же проведший конфискационную денежную реформу. Нужно было старые 50 и 100-рублёвые купюры поменять на новые. В ограниченном объёме и в короткие сроки. Кто не успел, тот опоздал.
В апреле этим же правительством были подняты государственные цены на товары. Уточню, это не освобождение цен, позже проведённое Гайдаром, это разовое повышение твёрдых гос.цен. Колбаса вместо 2-20 (Отдельная) и 2-30 (Докторская) стала стоить 9 рублей. Реально товары в магазинах появились. До осени. Включенный в 1987 году «для ускорения научно-технического прогресса» станок продолжал стучать, никто его не останавливал. Но летом, хоть продажа велась по талонам, купить съедобные и несъедобные ништяки можно было достаточно свободно.
Больше в экономике ничего не происходило, работать, как перестали в июне 1989 года, так и не приступали. Шли политические процессы, митинги, забастовки, погромы. Прибалтийские республики заявили о выходе из СССР ещё раньше, в январе 1991 года Ельцин от лица РСФСР признал их суверенными государствами.
17 марта состоялся референдум о сохранении СССР, 6 республик в нём вообще не участвовали, т.к., ничего сохранять не хотели. Кто сегодня говорит, что большинство было за сохранение СССР, забывает формулировку вопроса, где были слова «...как обновлённой федерации равноправных суверенных республик...». Чем вам созданный в декабре СНГ не обновлённая федерация?
Горбачёв с девятью республиками, согласившимися создать федерацию, вёл переговоры в Ново-Огарёво с целью создания оной. В конце июля было достигнуто соглашение о создание федерации в виде Союза Суверенных Государств, подписание было назначено на 20 августа. Но... 19 августа случился ГКЧП. Именно потому, что этого обновлённого союза гэкачеписты не хотели.
До августа 1991 года выход из СССР провозгласили Эстония, Литва, Латвия, Армения и Грузия. Сразу после ГКЧП это сделали все остальные кроме РСФСР и Казахстана. Они вышли из СССР последними уже после Беловежских соглашений.
1 декабря 1991 года в Украине состоялся референдум о независимости, в котором приняли участие 90,32% жителей, имеющих право голоса, из них 84,18% проголосовали за независимость. В том числе в Донбассе, Крыму, Севастополе, везде большинство были за независимость.
Так что 8 декабря в Беловежской пуще «три пьяных мужика» не развалили СССР, а констатировали состоявшийся факт его развала. При этом заявили о создании Союза Независимых Государств (СНГ). Чем не обновлённая федерация, за которую голосовали 17 марта?
* * *
А в экономике, где никто ничего не менял, к концу девяносто первого жопа наступила глубочайшая. Никто не работал, ничего не работало по причине, что советские рубли, никогда не бывшие в полном смысле настоящими деньгами, поскольку не выполняли свою главную функцию обмена на необходимый товар, к концу девяносто первого полностью одеревенели. Их и звали уже не рублями, а «деревянными». Повторю вышеприведённую цитату Е.Г. Ясина: «Плановая система, на которой держалась вся организация экономики при советской власти, рухнула». По простому Фсе на Фсё забили...
К угрозе голода. Многие, в том числе Явлинский, сидевшие в московских кабинетах, её не видели. Я, живший в Санкт-Петербурге (название возвращено в сентябре 1991 года), видел. Продовольственные магазины обнулились. На полках стояла рядами морская капуста. Кстати, ещё в 88-м приезжавшие к нам (я работал конструктором ядерных реакторов) в командировку чехи из Пльзня (я к ним тоже ездил) покупали и ели с удовольствием. Для них это экзотика.
Талоны отоварить было невозможно. Как-то в ноябре в Колпино, где я жил, распространился слух, будто в ближайший универсам должны завезти мясные консервы с мясокомбината в Ленинградской области, тёща- пенсионерка в пять утра заняла очередь. Люди дежурили, подменялись. Магазин работал до 22 часов. До закрытия так ничего и не подвезли.
Напомню. Сюжет «похороны еды» Угольников с реальной озвучкой диктором ЦТ Игорем Кирилловым («Вы будете смеяЦЦО, но Черненко тоже умер») показал ещё в 1990 году. Повышение цен (на колбасу в 4 раза) в апреле 1991 года привело к краткосрочному появлению продуктов в продаже, но скоро снова всё пропало. В том же девяностом Алла Борисовна спела: «Ням- ням- ням, зато мы похудам».
Я работал в кооперативе, изготавливавшем металлоизделия, их нам удавалось менять на мясо, яйца, молоко в хозяйствах области. «Деревянные» нах никому не были нужны. Или СКВ, или бартер. На рынках Санкт-Петербурга цена мяса, которого было мало, доходила до 70 рублей. Моя достаточно средняя зарплата в конце девяносто первого составляла 1500- 2000. Доллар стоил с ноября 120 (ещё в сентябре покупал по 35), скачок как раз и произошёл после назначения Е.Т. Гайдара заместителем Председателя правительства РСФСР и объявления о грядущей либерализации. Замечу, до лета 1992 года действовала валютная Статья 88 УК РСФСР, но все на неё забили. Доллары с рук продавали и покупали открыто.
В Ленинградской области, соседних Новгороде и Пскове мясо можно было купить дешевле. Многие предприятия организовывали автобусные поездки в эти города с целью покупки еды. Я в выходной катался на электричке в соседние райцентры. В декабре с отцом ездили к его родственникам в Орловскую область. Насколько помню, купили на рынке мясо по 40 рублей. Хреновое, с костями, но другого не было. В магазинах вообще ничего не было. Впрочем, в магазинах Орла и в восьмидесятом почти никакая еда не продавалась, тогда приезжавшие к нам родственники в Орёл увозили колбасу.
Я реально ту ситуацию оценивал и оцениваю, как ужасную. Немножко выручал бартер в кооперативе, перед Новым 1992 годом получил в зарплату большую коробку 360 куриных яиц. Забили холодильник, долго потом ели, так ведь и с родственниками поделились. Забегая вперёд, 2 января 1992 года в ближайшем продуктовом магазине свободно продавались сардельки по 40 рублей. Купили. До 31 декабря цена была около 9 рублей, только не видели их в продаже уже давно.
Часто задают вопрос, например, М.И. Веллер (вроде иноагентом тоже назначили), а что, как только подняли цены, так сразу все эти товары, включая еду и произвели. Конечно, нет. Еда и другие востребованные товары лежали на складах производителей, отдавать её за «деревянные» они не хотели. Хотя её было мало, но именно либерализация цен в январе 1992 года привела к тому, что производить востребованные товары (это не про вагонзаборзаводы) стало выгодно. Когда деньги стали деньгами, предприятия и люди захотели эти деньги заработать.
Как можно было решить проблему иным путём кроме либерализации цен? Только отъём силой, «продразвёрстка». Которую уже проходили, в 1918 году она явилась одной из причин начала Гражданской войны. О последней Ю.Ю. Шевчук («Юра музыкант»(С)) с 1988 года из каждого утюга кричал: «Предчу-у-у-у-увствие...». Журналисты просили: «Юрий Юлианович, не каркайте...»
Из Педивикии: «По данным, которые приводит экономист Евгений Ясин, к концу 1991 года нормы отпуска продуктов по карточкам в большинстве регионов составляли: сахар — 1 кг на человека в месяц, мясопродукты — 0,5 кг (с костями), масло животное — 0,2 кг»
* * *
На слуху у всех в девяностом была программа 500 дней, о ней телевизор, ещё не ставший зомбоящиком, рассказывал, газеты писали. Намного менее известна другая программа, в обсуждении которой помимо российских принимали участие и зарубежные экономисты. В том числе из стран Восточной Европы, которые потом проводили реформы в своих странах. Среди них организатор и идейный вдохновитель вполне успешных польских реформ министр финансов Польши Лешек Бальцерович.
